Это лишь голограмма, спроецированная в нише стены. Мы можем быть и в двух километрах под землей, и в космосе.
Ты пыталась искать…
…вентиляционные отверстия? Да.
Размеры самого большого выхода из этой камеры не превышают диаметра твоего копья.
Дилан, у меня были годы, чтобы найти выход отсюда. И я не нашла.
Так мы здесь заперты.
И надолго.
Что-то не так.
Как он может быть нигде?
Очнись! Очнись!
Ты точно сможешь?
Э-э, да-да, я могу, могу!
У нас нет выбора.
Оставайся с нами. С нами.
Ладно! Все приготовьтесь.
Начинаю! Поддержите его, пожалуйста!
Держись!
Осторожнее!
Держись, Дилан!
И деву до ран арфиста…
Вероятно, автоматика поняла, что ты органическое существо.
Долго она соображала.
Надеюсь, до следующего обеда не придется ждать три дня.
На самом деле, прошло шесть дней.
Почему бы и нет? “И деву до ран арфиста”…
Что это значит?
Это мой ночной кошмар.
Дойл.
Ты сказала, что… попытка заглушить…
реакцию экзотической материи…
при превышении объема рабочей камеры приведет к катастрофе?
При достижении критической точки законы физики уже не остановить. Единственный выход — сбросить излишек материи, но это же всего лишь галлюцинация, Дилан.
Может быть. Но у меня такое чувство, что я все еще могу предотвратить взрыв.
Люди могут погибнуть.
Тебе не обязательно каждый раз быть героем для всех.